Дискуссии - Наука

В. Б. Кудрин

В работах [Харитонов, 2024] делается попытка вывести понятие числа из эмпирических данных физики:

"В холизме единица равна сумме мер хаоса и порядка, описывающих реализованную и потенциальную информацию в трёх классах динамических переменных. Равенство этих функций определяет тройственный инвариант, равный сумме количества реализованной информации в каждом классе динамических переменных (вторых моментов распределения) и включает в себя как частный случай равновероятный ансамбль микросостояний Л. Больцмана. Мера порядка характеризует область потенциальных событий, вероятность которых равна нулю для фиксированной организации моделируемого объекта. Уравнение симметрии для приращений мер хаоса и порядка описывает изменение организации физического объекта.

Причина развития организации оказалась внутренней в виде локального и спонтанного резонанса между реализованной и потенциальной информацией. Этот резонанс удовлетворяет уравнению рекурсии, где сумма трёх последующих слагаемых равна нулю. При этом сами вероятностные события описываются алгебраическими фракталами золотого отношения".

Однако, если понятие числа в человеческой истории действительно могло возникнуть в результате обобщения наблюдений за вещественной природой, выявления и формулирования так называемых "законов физики," – то онтологически число предшествует любой вещественной структуре любого уровня – от "элементарной частицы" до метагалактики.

Физические структуры представляют собой дальнейшую конкретизацию и детализацию структур математических.

Именно таким образом реализуется мысль Пифагора о порождении мiром чисел мiра вещественного. (Хотя сам тезис "всё есть число" сформулирован не им, а Аристотелем) Число – это не результат абстрагирования от мiра вещей, а то многомерное Целое, проекции которого в трёхмерный мiр являются нам в виде отдельных структур и предметов.

Общеизвестные элементарные арифметические операции (сложение, умножение, возведение в степень и обратные к ним) далеко не исчерпывают всего богатства возможных операций. Уже участие чисел в элементарной арифметической операции порождает новые числа. При этом "исходные" числа никуда не пропадают – все этапы истории числа сохраняются в Вечности – это и является основой Закона сохранения информации [Кудрин, 2013].

На сайте Академии Тринитаризма уже неоднократно высказывалась мысль о первичности математических реалий перед реалиями физическими [Кудрин, 2019, 2020].

Математический мiр – не результат "абстрагирования от реальности", как полагает сегодняшнее редукционистское мiровоззрение, а та область на границе между мiром духовным (реалии которого совершенно невыразимы словами и формулами) – и мiром, в котором эти реалии становятся выразимыми и познаваемыми, приобретают вещественный статус.

В западноевропейской науке "Нового времени" укоренилось представление, будто события, совершающиеся в мiре физическом – нечто случайное, в противоположность строгим законам, царящим в "отвлечённом" мiре математики. В значительной мере это представление вызвано путаницей, возникшей в результате ошибок при переводе греческих философских терминов на латинский язык. Эти ошибки были замечены и некоторыми западноевропейскими мыслителями, но их голос не был услышан, и последствия этих ошибок продолжают оказывать губительное влияние не только на современную философию, но и на методологию математики и естественных наук.

Пифагорейцы понимали под математикой (от греческого μάθημα "изучение через размышление"), не отдельную предметную область знаний, а "точное выражение чего-либо, достигнутое путем размышления". При этом математика оставалась для них неотъемлемой частью философии.

Выделение математики в отдельную от философии предметную область сначала привело к превращению ее в изощренную игру по придуманной игроками правилам, подобным шахматным или шашечным (причем вопрос о соответствии математических структур структурам реального мiра даже стало не принято ставить), а затем, уже в "Новое время", – к изменению смысла этого понятия на прямо противоположный, когда математика стала ассоциироваться даже не с опытной наукой, а с экспериментальной технологией – "допрашиванием" природы путем эксперимента. Но именно выход за пределы чувственного опыта, как это ни парадоксально, дает возможность приобретения точного знания о реальном мiре.

Введя в обиход слово materia в качестве перевода греческого ὑλή, Цицерон формально был прав, так как одно из первоначальных значений слова materia – "ствол дерева, строительный лес, древесина". Но ὑλή отличается от латинского materia именно тем, что materia – это ὑλή, взятое в момент его наблюдения, a ὑλή включает в себя все моменты существования вещественного предмета. Латинская часть культурного мiра, говоря о веществе, подразумевает его "мгновенное" видимое состояние. Греческая и русская – включает все состояния вещества, все его преобразования, осуществляющиеся во времени и сохраняющиеся в Вечности.

Понять разницу между латинским и греческим восприятиями числа нам поможет классическая филология. Греческое слово αριθμός не является простым аналогом латинского numerus (и производных от него новоевропейских numero, Nummer, nombre, number) – его значение гораздо шире, как и значение русского слова "число". Слово "номер" тоже вошло в русский язык, но не стало тождественным слову "число", а применяется лишь к процессу "нумерации" – русская интуиция числа совпадает с греческой. Нумерология не тождественна аритмологии, а только часть аритмологии, хотя формально – это калька соответствующего греческого термина. В современной математике Теория чисел занимается только целыми числами, поэтому более точным ее названием было бы "Теория номеров" (хотя уже есть ещё более узкая "Теория нумераций").

Пространство чисел отличается от "пространства Минковского" (и ещё более ранней модели пространства, предложенной Митрофаном Семеновичем Аксеновым) с их "времениподобными линиями" тем, что в нём сохраняется память обо всех совершившихся событиях.

"Классическое" физическое пространство отличается от "классического" числового тем, что, по замечанию Германа Вейля, "в то время как «континуум» действительных чисел состоит из самых настоящих индивидов, континуум точек времени и пространства однороден" [Вейль, 1989]. Но реальное физическое пространство столь же неоднородно, как и пространство числовое, так как образующие его гилетические числа суть индивиды.

Для того, чтобы математика отражала реальное овеществление математических объектов, то есть придание им вещественного статуса, – надо не пытаться редуцировать этот процесс к господствующим ныне редукционистским математическим методам, а создать адекватную ему математическую модель. Именно такой моделью видится нам Корреляционное исчисление, которое должно включить в себя переоценку самих оснований математики, создание негильбертовой аксиоматической системы.

Академик РАН А.Н. Паршин так сформулировал актуальную задачу познания природы умопостигаемого мiра: "Учитывая исторический опыт естествознания (а это тоже опыт, к которому мы должны прислушаться), можно было бы начать с построения умопостигаемого мiра как некоторого пространства. Причем возможно понимать такое пространство только как философскую категорию или же сделать следующий шаг и представить его более конкретно как математическую конструкцию. И затем соединить два мiра или два пространства – физическое и умопостигаемое в одно целое, как и должно быть… И если мы примем на время, что есть не просто умопостигаемый мiр, но и отвечающее ему пространство, то это пространство и будет, среди прочего, вместилищем для языка". По словам Паршина, "умопостигаемое пространство является однородным пространством группы матриц второго порядка с p-адическими коэффициентами. Это – первый нетривиальный пример неевклидовой геометрии, имеющий к тому же и отношение к физике"[Паршин, 2002].

В своей ранней работе "Тайны нового мышления" В.Ю. Татур отметил безуспешность попыток некоторых ученых описать квантовые процессы, пользуясь понятиями гильбертова пространства: "Здесь мы имеем явное противоречие между природным процессом и его математическим описанием, отражающим общепринятые представления о пространстве и времени как протяженности и длительности. Поэтому оказалось необходимым определить свойства того уровня материи, который является базисом для описания квантовых объектов как единых и неделимых. Очевидно, что его свойства должны присутствовать в каждой точке пространства, имеющего протяженность. Такие условия позволяют для описания этого уровня использовать математический аппарат нестандартного анализа, в котором в качестве объекта имеет существование монада (терминология Лейбница). Ее свойства таковы, что она может содержать актуально трансфинитное число элементов, и это множество никогда не пересечется с множеством другой монады. Таким образом, можно определить, что каждая точка гильбертова пространства представляет собой многоуровневую систему, в которой происходит движение квантового перехода с изменением энергетического состояния. Всякая макроквантовая система (биосфера, галактика и т. д.) представляет собой на определенном уровне монаду, и, таким образом, является единым и неделимым целым… В парадоксе Эйнштейна-Подольского-Розена нашли наиболее четкую формулировку следствия, вытекающие из нелокальности квантовых объектов, т.е. из того, что измерения в точке А влияют на измерения в точке B. Как показали последние исследования – это влияние происходит со скоростями, большими скорости электромагнитных волн в вакууме. Квантовые объекты, состоящие из любого количества элементов, являются принципиально неделимыми образованиями. На уровне Слабой метрики – квантового аналога пространства и времени – объекты представляют собой монады, для описания которых применим нестандартный анализ. Эти монады взаимодействуют между собой и это проявляется как нестандартная связь, как корреляция" [Татур, 1990].

Монадология Лейбница и Н.В. Бугаева даёт возможность рассмотреть все виды живых существ в качестве монад, под которыми Лейбниц понимал "простые, непротяжённые субстанции, одарённые стремлением и способностью представления" [Лейбниц, 1989]. Более того, монаду в понимании Лейбница можно отождествить с Числом, в максимально расширенном смысле этого понятия. Монада есть становящееся (индивидуализирующееся) число. К такому числу вполне применимо понятие "адельного числа".

Адельные числа были введены в математику немного раньше ультраметрики, на рубеже 1930-1940-х годов. Родоначальником аделей был французский математик Клод Шевалле (1909 – 1984). Суть адели сводится к тому, что это – вектор или безконечная последовательность чисел, где на первом месте стоит произвольное действительное (вещественное) число, а на всех остальных – p-адические выражения для того же самого числа по всевозможным нарастающим значениям простого p. Благодаря такой конструкции они одновременно демонстрируют свойства архимедовой и фрактальной (неархимедовой) топологии [Татур, 2017].

Корреляционное взаимодействие монад ("элементарных" частиц, живых существ, биоценозов, искусственных корреляторов) происходит в неметризуемом пространстве. Но управление этим взаимодействием может осуществляться посредством кодов, реализованных в пространстве физическом. Эти коды сами могут быть переданы посредством корреляции от одного модуса к другому и вещественно реализованы в естественных апериодических кристаллах (хромосомах) или искусственно выращенных кристаллах (модусах коррелятора). Таким образом мы можем, хотя бы частично, управлять процессами, происходящими в неметризуемом пространстве, посредством процессов физических, проявляющихся в виде целенаправленного поведения. Сам естественный язык подразумевает телеологическую причинность, когда мы говорим о "генетической программе" будущего развития организма. Говоря так, мы концентрируем внимание не на том, как возник генетический код и каковы его пространственные координаты, а на том, каково его назначение, то есть на его целевой причине [Кудрин, 2013].

Критикуя учение Леопольда Кронекера о сводимости чисел, А.Ф. Лосев пишет: "Общеизвестные попытки свести все типы числа на целое и положительное число, ни, тем более, резким образцом которых может служить учение Кронекера, заведомо обрекаются для нас на полный неуспех. Л. Кронекер сводит всю математику на теорию натуральных чисел и целых целочисленных функций от неопределенных символов u, v, w, при конечном числе операций. В результате все эти ухищрения сводятся только к новому математическому правописанию, так как фактически нет, конечно, никакой возможности избежать самих логических категорий, лежащих в основе каждого типа. <…> Упование на то, что все числа можно «свести» на целые числа, вредно ещё и тем, что оно до известной степени преграждает анализ тех категорий, которые заложены в основе разных типов чисел, понимаемых как специфические индивидуальности. Тут надо уметь не столько «сводить» одно на другое, сколько «выводить» одно из другого" [Лосев, 2013].

Критика Лосевым современных ему аксиоматических систем совпала во времени с кризисом оснований математики, вызвавшим острую дискуссию о природе математических структур. Обладают ли они реальным онтологическим статусом или существуют лишь в воображении учёных? Согласно Бернайсу и Гёделю, математические объекты имеют объективное существование, и работа учёных состоит в том, чтобы открывать характеристики этих объектов. Противоположную позицию занимают конструктивизм и формализм, согласно которым математические структуры – лишь произвольные конструкции учёных, подобные шахматным или шашечным правилам. Однако и конструктивисты, и формалисты, забывая о декларируемых ими взглядах, в своей повседневной работе ведут себя так, как если бы они сознавали реальность математических структур.

Эти структуры и являются ПЕРВИЧНОЙ РЕАЛЬНОСТЬЮ ВСЕГО ТВОРЕНИЯ!

Литература

Кудрин В.Б. Бытийный статус числа и вселенская информационная сеть – Saarbrücken: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2013.

Кудрин В.Б. Пути преодоления редукционистской математики и создания математики целостности // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.25195, 17.02.2019:

http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001g/00163952.htm

Кудрин В.Б. Первичность математических объектов по отношению к физическим // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.26711, 01.10.2020:

http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001h/00164514.htm

Лейбниц Г. В. Сочинения в 4 т., Т. 4. М.: Мысль, 1989.

Лосев А.Ф. Диалектические основы математики. М.: Academia, 2013.

Паршин А.Н. Путь. Математика и другие миры. М.: Добросвет, 2002.

Татур В.Ю. Тайна нового мышления. 1990 // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.17925, 02.03.2013:

http://www.trinitas.ru/rus/doc/0202/010a/02021155.htm

Татур В.Ю. Р-адические числа, ультраметрика и ментально-вещественный мир // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.23820, 12.10.2017:

http://www.trinitas.ru/rus/doc/0001/005c/00012019.htm

Харитонов А.С. Предыстория возникновения чисел: взаимодействие реализованной и потенциальной информации. Конференция «Финслерово обобщение теории относительности». М.: РУДН, 2024.

Харитонов А.С. Информационный трёхсущностный резонанс, структура, граница и память в открытой сложной системе. Метафизика, 2024, № 51, с. 52-76.

[Обсуждение на форуме «Публицистика»]