|
|
Т.В. Зырянова
Книга посвящена осмыслению закономерностей развития мировой литературы Средних веков. Тысячелетний цикл Средневековья рассматривается как ментальное целое. Анализ позволяет убедиться в том, что данные закономерности инвариантны в истории любых циклов: 1000-летних, 300-летних, 100-летних и т.д.
СОДЕРЖАНИЕ
Часть 1. Методология изучения курса «Мировая литература (мировая художественная культура): герменевтический аспект».
Часть 2. Критерий определения границ средневековой литературы
Часть 3. Зарождение средневековой культуры (IV-V века н.э.: 320-419 гг. н.э.).
Часть 4. Категория трагического: героический эпос средних веков (V-XI вв.).
Часть 5. Категория возвышенного, или переходный период к категории прекрасного.
Часть 6. Категория прекрасного, или средневековая литература в фазе расцвета (XI-XIV вв.: 1020-1319 гг.).
Часть 7. Категория комического, или переходный период к категории низменного (Возрождение).
Часть 8. Категория низменного: Возрождение (XIV-XV века: 1320-1619 гг.).
Заключение
Литература
ЛИТЕРАТУРА СРЕДНИХ ВЕКОВ
Часть 1. Методология изучения курса «Мировая литература (мировая художественная культура): герменевтический аспект»
Метод художественной герменевтики – как исследовательский – приложим к любой сфере культуры: научной, технической, образовательной, правовой и т.д., – поскольку своей целью он ставит развитие понимания [6].
В то же время метод ориентирован на освоение художественного мира. Поэтому фокус его целей и задач по изучению артефактов концентрируется на мировой художественной культуре. Она в свою очередь вбирает в себя множество аспектов. Но неизменно при этом её ядро составляет литература как высший вид искусства. Такое определение, «высший», подразумевает иерархию, и если следовать от простого к сложному, то можно проследить уже в градации путь развития искусства: от декоративно-прикладного вида, живописи, скульптуры – до архитектуры (пространственные), от хореографии, актёрского искусства, музыки – до поэзии, литературы в целом (временные). Сюда же входит любой из синтетических видов искусства: театр, балет, опера, кино и т.д. В этом плане и художественный текст следует трактовать широко – как любое произведение искусства, будь то симфония или роман, фреска, витраж или картина. Предметом для анализа может быть и театр одного актёра, и массовый театрализованный праздник, любое организованное массовое зрелище, рассчитанное на художественный эффект воздействия (плакат, реклама не исключение в данном ряду).
Структурные инварианты, заложенные в философии данного метода [1; 8], обеспечивают эффективное запоминание сформированных смыслов, а также вырабатывают у тех, кто изучает таким образом искусство, навыки самостоятельного их формирования, что позволяет качественно освоить как мировую литературу (и художественную культуру в целом) любого исторического периода, так и феномен культуры, ядро которой в любом случае составляет литература. При этом достигается метацель, программируемая герменевтической школой: постановка понимания и рефлексии как важнейших интеллектуальных функций, необходимых для успешного развития личности.
Феномен культуры заключается в том, что все её достижения не просто «хранятся», а растут. Печать высокого уровня мастерства на них не позволяет им оставаться пассивным складом – они служат, по определению Ю. М. Лотмана, генераторами. Все накопленные во времени артефакты образуют «общую память» культурного коллектива. Они «не только служат средством дешифровки текстов (в широком толковании слова), циркулирующих в современно-синхронном срезе культуры, но и генерируют новые» [15, 675].
Общую память учёный-культуролог рассматривает как сочетание хранимых архетипов в «памяти культуры». Таким образом, на «временных поворотах» меняется лишь парадигма памяти-забвения. При этом обновляется не только состав текстов, но и сами тексты (в литературе, живописи, музыке и т.д.). И важно понять, какой именно фактор влияет на «мереологические скачки» в культурных достижениях. Этот фактор – время, т.е. конкретный временной отрезок, укладывающийся, скажем, в треть формационного цикла, далее – века [1]. В пределах формационного цикла, как и в пределах любого столетия, культура переживает, таким образом, три волны обновления. Причём последняя волна приходится на пограничное состояние – на смену формации, а в столетнем периоде – на рубеж веков и ближайшие два десятилетия календарного нового века. Первая волна внутри столетия начинает новый виток с 20-х годов [1]. В пятёрке крупных формационных циклов средневековый – занимает срединное место на конусе эволюции, и это объясняет длительность первого цикла – фазы становления (V-XII вв.) – и краткость второго, равновесного, периода (XIII-XIV вв.), фазы расцвета. Особое внимание обращает на себя третий, «закатный», период, фаза декаданса: он приходится в средневековом цикле на эпоху Возрождения (XV век).
Циклическая периодизация в освещении развития мировой литературы Средневековья, как и любого другого периода, мотивирована главным фактором обновления, тесно связанным с временным фактором на цикле, в каждой конкретной его фазе. И этот главный фактор – менталитет. Для данного исследования он выступает стержнеобразующим понятием.
Менталитет и его основные параметры
Менталитет – понятие неоднозначное и контекстуальное. Но в том ракурсе, о котором пойдёт речь, его можно трактовать как совокупность ключевых символов, образов, ценностей и норм разных уровней. На высшем уровне своего проявления менталитет определяет жизнь людей посредством трансляции картины мира. Трансляция интерпретируется как культура во времени. Особую роль в этом процессе играет искусство, литература – прежде всего. В определённом отношении искусство служит экраном «общественного сознания»: в художественных произведениях духовное состояние общества отражается с такой степенью достоверности, что можно восстановить по нему ментальный «портрет» любой эпохи.
Понятие «менталитет» имеет несколько ярусов. Оно употребляется по отношению к территории, нации, этносу («российский менталитет»). В узком смысле его приравнивают к «духу народа», понимая под этим характерность и узнаваемость психических свойств. Менталитет имеет специфику и по отношению ко времени («менталитет эпохи Ренессанса»). В совокупности характеристик термин употребляется и по отношению к какому-либо многогранному носителю («менталитет средневековой Франции»), и по отношению к человеку (его ментальность). Это – разные масштабы субъекта (общество, группа, человек).
Таким образом, иерархически взятый субъект и его хронотопические характеристики (пространство и время) – самые существенные параметры, раскрывающие понятие «менталитет».
Если использовать эти параметры в качестве понятий более низших ярусов, можно говорить не о менталитете, а о ментальности, т.е. о менталитете более мелкого масштаба, например о ментальности XVII века (не всего Нового времени), о ментальности Гасконии (не Франции в целом), о ментальности русской интеллигенции (не всего общества).
Главные свойства менталитета – его несводимость к разуму (лат. «mental» – «невидимый») и пребывание в процессуирующем состоянии: он «живёт».
Почему при постановке понимания закономерностей развития культуры, её жизни в различные исторические периоды целесообразно изучать менталитет?
Потому что основное его свойство – управление поведением как социальных групп, так и общества в целом. По этой причине в ХХ веке его и начали изучать: с целью социального управления. Интерес к менталитету, по сути своей – иррациональному, обусловлен вполне рациональной потребностью управления в обществе.
При этом менталитетом управлять невозможно, но его характеристики можно постигать, исследовать как особые условия управления.
Чтобы понять устройство менталитета, необходимо установить его иерархические границы. Менталитет утрачивает свои свойства, когда достигает степени рациональности, и здесь мы имеем дело с «общественным интеллектом». Менталитет перестаёт быть менталитетом, когда он опускается до уровня «общественного сознания», которое просто фиксирует происходящие процессы и реагирует на них в русле текущего времени. Идеи управляют обществом, но на длинном периоде. Общественное сознание, наоборот, живёт на самом короткопериодном уровне (новости, СМИ).
Психическая жизнь общества представляет, таким образом, трёхуровневую конструкцию: «общественный интеллект – менталитет – общественное сознание». Общественный интеллект содержит идеи, теории, концепции, гипотезы и прочие идеальные модели. Наука выступает как общественный институт, презентирующий интеллект. Менталитет управляет поведением человека, задавая нормы взаимоотношения человека и общества и формы (модусы) времени и пространства. В человеке ментальность существует в виде установок (принятые ценности), которые выступают как этические нормы, нормы поведения. Установкой особого рода является эстетический вкус, зеркалом которого служит искусство.
С одной стороны, менталитет характеризуется взаимоотношениями личности и общества (этические ценности), с другой – хронотопом (эстетические ценности). Как подчеркнул философ-герменевт М.М. Бахтин, «всякое постижение смысла происходит через ворота хронотопа» [4].
Впервые хронотоп описал Г. Гегель в своей «Эстетике», определив при этом три его фазовые модификации. К трём фазам можно привязать и этическую специфику.
Первая фаза, начало любого цикла, демонстрирует диктат общества при полном подавлении свободы личности.
Вторая фаза, середина цикла, устанавливает гармоничные отношения общества и личности (равенство их свобод).
Третья фазовая модификация является приметой завершения цикла: преобладает свобода личности, которая пренебрегает требованиями общества.
Менталитет, обладая свойствами саморазвития, самотранслируется через эстетический комплекс, причем его содержанием выступает модель взаимоотношений общества и человека.
Эстетическое имеет единственное субстанциальное проявление: в искусстве. Искусство отображает модели времени и пространства, т.е. мира вне общества и человека. Эта триада: мир («хронотоп»– время и пространство), общество, человек – и есть предмет осмысления в искусстве. Виды искусства раскладывают хронотоп по уровням выразительности (по уровням освоения пространства и времени в материале разных искусств). В направлении от простого к сложному, от доминирования пространства к доминированию времени, первым назовём декоративно-прикладное искусство, затем – живопись, скульптуру и архитектуру. Это – пространственные виды искусства. После них следуют: хореография, актёрское искусство, музыка, литература – временные виды искусства.
У каждого из видов есть своя специфическая доминанта. Здесь необходимо учесть: пространство принадлежит социуму, а время – человеку. (По принципу: кто живет? Не общество, а человек.)
Менталитет, парадигма, культура
Общественным механизмом реализации менталитета является культура. То, что их связывает, – это деятельность. Менталитет, реализуясь в деятельности, приобретает формы продуктов культуры, или артефактов, т.е. искусственно сделанных. Таким образом, менталитет выступает как содержание, а культура – как механизм его трансляции. И менталитет, и культура синхронно видоизменяются в истории.
На определённом отрезке времени, где менталитет качественно не изменяется, культура приобретает совокупность характерных устойчивых черт. Взгляд изнутри культуры на менталитет в этом случае можно назвать парадигмой (термин «парадигма» используется здесь в значении «модель, принятая в качестве образца»). Например, отчётливыми чертами парадигмы в истории культуры наделяются античность (скульптура, театр), классическое средневековье (соборы, эпос), новое время (единство литературы, живописи и музыки).
В ХХ веке устойчивой парадигмы нет, и это обстоятельство служит симптомом превращения культуры в рефлектируемый и проектируемый феномен. ХХ век – век целенаправленной рефлексии: в ХХ веке предпринимается попытка через проективность управлять обществом, в том числе и в ментальном плане.
Менталитет, парадигма, культура – данный ряд понятий демонстрирует иерархическую логику: менталитет формирует культуру, проявляясь через конкретно данную парадигму (образец – среди моделей и концепций).
Культура – механизм трансляции менталитета, механизм производства и воспроизводства образа жизни, трансляции опыта.
Культура формальна – менталитет содержателен.
Парадигма как соединительное звено является средством демонстрации ментального содержания через форму культуры. Поэтому парадигма всегда остаётся исторически конкретным единством содержания и формы.
История обнаруживает четыре крупных ментальных типа, привязанных к топике. Это – Индия (буддизм), Китай (конфуцианство), Европа (христианство), Междуречье и Анатолия (шумеры, Вавилон, Урарту) – мусульманство.
Мировую художественную культуру представляют пять исторических периодов, связанных с формациями: первобытный мир; ранние цивилизации и Античность; Средние века и Возрождение; Новое время; ХХ век (Новейшее время).
Три века Нового времени равны по плотности событий трём тысячелетиям, в русле этой логики формируется представление-смысл: ХХ век равен по значимости любому формационному ментальному циклу. По сути, этот факт есть ядерная система смыслов, каждый из которых открывает доступ к прояснению сложных проблем, ситуаций в искусстве, связанных с эволюцией. Учёные обращают внимание на то, что каждый последующий период укорочен во времени примерно на треть при нарастании темпа событий [1].
Рис 1. Конус исторического времени на цикле.
Менталитет и цикл: внутренняя троичная периодизация
В истории развития человечества наблюдаются культурно-цивилизационные периоды, которым свойственно единство содержательных и формальных признаков. Они образуют законченный круг развития каких-либо явлений, процессов. Наиболее крупные периоды такого рода называются формациями. Несмотря на то, что они сменяют друг друга во времени и отличаются друг от друга качественно, можно обнаружить общую для них закономерность: повторяемость основных фазовых проявлений. Например, в органической логике это описано как «юность, зрелость, старость», а в философии – как «становление, расцвет, деградация». Закономерность трёх фаз обладает циклической инвариантностью («неизменностью относительно преобразований»).
Цикл есть определенный промежуток времени, процесс жизни конкретного явления. Обращение к циклу позволяет проследить его качественные изменения, вплоть до полной утраты им данного качества. В нашем случае качество цикла определяется на основе ряда ментальных признаков.
В системном отношении всякий цикл имеет иерархическую характеристику. Уровни иерархии – различные временные диапазоны: мегацикл насчитывает несколько тысячелетий (таков цикл существования первобытного мира в его фазах: палеолит, мезолит, неолит); глобальные циклы насчитывают 1000 лет (такова история Древнего Рима в фазе расцвета античного цикла, такова продолжительность Средневековья как единого цикла). Этот цикл фигурирует в работах О. Шпенглера.
По отношению к истории А.Л. Чижевский [20] всесторонне исследовал закономерности множества циклических уровней, начиная с 1000-летних, 100-летних и кончая 11-летними (и меньшими) циклами. Наиболее распространённый цикл в культуре – столетний, и его Чижевский считал по отношению к истории основным.
Культурные циклы протяженностью в 300 лет выявил философ Н.Н. Александров [1]. О «цикле поколения» он говорит, когда рассматривает внутри столетнего цикла культуры 3 фазы – по 33 года. Речь идет о трёх поколениях: дедов, отцов, детей. Этот цикл принято рассматривать и как временной срок активного служения индивидуума обществу.
Полный текст доступен в формате PDF (23482Кб)
Т.В. Зырянова, Три цикла литературы Средних веков // «Академия Тринитаризма», М.,
 |