Напечатать документ Послать нам письмо Сохранить документ Форумы сайта Вернуться к предыдущей
АКАДЕМИЯ ТРИНИТАРИЗМА На главную страницу
Институт Праславянской Цивилизации - Праславянская письменность

Чудинов В.А.
Загадки славянской письменности.
Прочитать надпись? — Легче легкого!
Oб авторе
Буквально через несколько месяцев после публикации Н.А. Константинова с результатами его чтений «приднепровских» знаков газета «Советская Россия» известила о появлении на эпиграфическом горизонте нового исследователя, читавшего славянские знаки слоговым способом. Это был геолог по профессии, москвич. Его имя — Геннадий Станиславович Гриневич, и к моменту публикации в 1984 году он, с его слов, более десяти лет занимался дешифровкой древних письменностй.
Интервью Гриневича О. Плахотной. Взгляды Г.С. Гриневича были изложены в «Советской России» не от первого лица, а в виде интервью исследователя с журналистом О. Плахотной. Посвящалось оно, вообще говоря, не славянской письменности, а тайне Фестского диска, что можно считать вполне оправданным: о славянском слоговом письме и сегодня почти никто не знает, зато письменность Фестского диска изучали сотни людей, и интерес к ней огромен. Так что заглавие «Праславяне на Крите», и описание диска и истории его изучения предполагали привлечение внимания широкой публики. Но основной целью публикации было, конечно же, славянское письмо.
В интервью упоминается о том, что в крымском Херсонесе святой Кирилл видел письмо «русскими буквами» писанное, а также о том, что существовали договоры русских с греками 911 и 941 гг. « Там сказано, что договоры Руси с греками составляются на двух языках, и один экземпяр хранится у греческой стороны, а другой — у русской. О какой письменности шла речь? Гриневич считает, что речь может идти о протославянской, или, проще говоря, о праславянской письменности. И это утверждение неголословно. При сопоставлении знаков праславянских надписей восточных славян с кириллицей и глаголицей он выявил 27 знаков, совпадающих по форме с буквами этих азбук»1. — Как видим, первое, с чего начал исследователь, было сравнение знаков слогового письма с кириллицей и глаголицей, что, естественно, давало только половину значения в случае согласных, ибо слог состоит из согласного и гласного. Такой подход и хорош и плох одновременно. Хорош он тем, что кириллицу мы знаем с детства, а глаголица опубликована во многих лингвистических словарях, так что графическое сходство выявляется моментально. А плох тем, что, как уже здесь неоднократно отмечалось, графическое сходство — это ловушка, ибо один и тот же графический знак в разных алфавитах имеет разное чтение. Поэтому, хотя в каких-то вспомогательных целях графическое сходство использовать можно, но делать из него основной метод исследования — большой риск.
Отмечу попутно, что введены термины «праславянское письмо» и «протославянское письмо». Первый означает, что письмо относится не к современным и не к древним славянам, а к племенам, видимо, накануне распада общеславянского единства, то есть к первой половине первого тысячелетия н.э. Второй термин уводит нас в еще более седую древность, к нескольким тысячелетиям до н.э. Так что ни в средние века, ни тем более в наши дни существование этого письма Г.С. Гриневичем не допускалось.
« -- Так что же, никто этого сходства не заметил и не пытался читать загадочные письмена восточных славян? — спросили мы у Гриневича. — Неоднократно на протяжении более чем ста лет предпринимались попытки прочтения этих надписей, пока безуспешные. Причина неудач в том, что все исследователи, обращавшие внимание на ту или иную надпись, исходили из положения, что она выполнена буквенным письмом. Но простой подсчет количества использованных в надписях знаков индивидуальной формы показал, что письменность, которой пользовались наши предки, была слоговой. О слоговом типе письма свидетельствовал и обнаруженный в ряде надписей знак — косой штрих, стоящий в нижней части строки, аналогичный санскритскому знаку вирама. «Стоп-знак» вирама показывает, что слог теряет огласовку, и данные слова оканчиваются на согласный, а не на гласный. В буквенном письма в вираме просто нет необходимости» 1. — И далее следуют более подробные комментарии по поводу действия вирама.
Как видим, основную ошибку предшественников Гриневич усматривает в буквенном чтении слогового письма. Это верно, но очень неполно. Тут не упомянут Н.А. Константинов, который читал слоговым способом, и все же не получил приемлемого результата, так что дело не только в слоговом подходе. Что же касается значка «вирам», то мне он в надписях не встречался, да и необходимости в нем нет, поскольку ряд слоговых знаков может быть прочтен с Ъ на конце, что можно считать практически буквенным значением.
«Получив представление о типе и строе письма восточных славян, я провел эпиграфический анализ и распределил знаки по группам, затем организовал их в соответствующие эпиграфические ряды. Содержание этих рядов было очевидным: знаки, их составляющие, должны означать слоги, начинающиеся на один и тот же согласный — ТА, ТЕ, ТИ, ТУ, или НА, НЕ, НИ, НУ и т.д. Я также отождествил знаки дешифруемого письма с буквами кириллицы и глаголицы. В результате из 87 линейных знаков праславянской письменности для 6 знаков, обозначающих гласные, были получены фонетические значения, а для 53 знаков слогов типа СГ установлен согласный. Знаки озвучивались» 1. — Как видим, тут изложена методика дешифровки Гриневича, которая отличается от таковой у Константинова.
Но прежде хотелось обратить внимание на озадачишую меня первую фразу о письме восточных славян. Согласно современным научным взглядам, восточные славяне оформились уже после распада общеславянского единства где-то в средние века, так что их письмо по определению не является ни праславянским, ни тем более протославянским. Следовательно, Гриневич либо отождествляет письмо восточных славян с письмом праславян и протославян, либо использует данные по восточным славянам в качестве ключа для чтения праславянских надписей. В любом случае хотелось бы иметь какие-то пояснения.
Что же касается эпиграфического анализа, то опять-таки он основан на чисто графическом сходстве. Если бы применить этот метод к современному русскому письму, то пришлось бы поместить в один эпиграфический ряд Р и Ь, Ц и Щ, П и Н, но развести по разным рядам д и д, т и т и т.д. Метод весьма субъективен и как следствие должен дать очень большое число неверных значений, хотя не исключено, что случайно могут быть получены и верные. — Вызывает удивление и получение фонетических значений для 6 гласных звуков, ибо, насколько я знаю славянскую письменность, ее знаки для гласных звуков совсем не похожи ни на кирилловские, ни на глаголические (за исключением одного). Так что после этих слов возникает тоскливое чувство очередной гонки за миражом: неверная методика должна неминуемо привести к неверному результату.
Но за скобками осталось главное: откуда было известно значение согласного в тех случаях, когда слоговой знак не похож на буквы кириллицы или глаголицы? Даже если мы опознали ТА по сходству с Т, откуда мы знаем, что именно данная группа знаков имеет значения ТЕ,ТИ, ТУ? А может быть, это НЕ, НИ, НУ или ЛЕ, ЛИ, ЛУ? — Подозреваю, что для решения этой задачи Гриневич применил еще какой-то метод, о котором он тут умалчивает. Впрочем, кое-что он поясняет чуть ниже.
«При чтении Алекановской надписи на глиняном горшке, найденном Городцовым В.А. под Рязанью, где знаки носят рисуночный характер, и отождествляются с каким-либо предметом, я брал из названий изображенных предметов первый слог: ЗА (заяц), РЫ (рысь), ЦЕ, ЧЕ (целовек, человек). Достаточно отчетливо читались слова ЗАКРЫТ, ЧЕЛО, предлог В. Окончательный текст надписи содержал в себе всего лишь напоминание хозяйке НАДОБЕ ЗАКРЫТЬ, В ЧЕЛО ВЪСАДИВЪ» 1. — Теперь понятно, что знаки славянской письменности принимались вначале за пиктограмму (ЗАЯЦ, РЫСЬ, ЧЕЛОВЕК), а потом читался только первый слог полученного слова (такой метод называется акрофоническим). Этот метод оказывается еще более субъективным, ибо один человек в геометрическом знаке опознает рысь, другой — кошку, третий — тигра, и тем самым то, что один из них будет читать РЫ, для другого означает КО, а для третьего — ТИ. Но, вообще говоря, опознавать в знаках слоговой письменности животных — не более благодарное дело, чем искать их в буквах русского алфавита. Какое животное вам напоминает А? А какое — Б? Что за зверь В? — Наконец, подобное сходство дает Гриневичу всего 3 значение — очень мало! Остальные знаки, видимо, при самом пылком воображении на животных не похожи.
«При чтении надписей на грузиках Троицкого городища в верховьях реки Москвы также был использован метод акрофонии, то есть озвучивания, на грузике было написано, что он весит четыре лота (ВЕСЪ 4 ЛОТА). Лот — древняя русская мера веса, равная 12, 77 грамма, на грузике — 51 грамм» 1. — Теперь неясно, как получены нужные чтения, ибо Гриневич не упоминает об изображениях на грузиках каких-либо животных или о сходстве с животными каких-либо знаков. « Чтение надписей древних славян в Европе можно было продолжить и прочитать на венчике сосуда из поселка Огурцово слово ЛЕКА — лекарство, а на шахматной фигурке с Тимеревского поселения слово КОЧЬ — ладья»1. Почему надписи из Рязани и Москвы Гриневич считал не европейскими, а из поселка Огурцово и поселения под Ярославлем европейскими, неясно, как неясна и сама процедура чтения. Собственно на этом сообщения о чтении восточнославянских надписей заканчиваются; до читателя доведены только результаты исследования. Что ж, для газетного интервью это нормально.
А дальше идет какой-то странный материал. « Убедившись, что язык линейного письма А, расшифрованный им ранее, тождественен праславянскому, Гриневич приступил к чтению Фестского диска, справедливо полагая, что раз у них родственная география, значит и тексты должны быть написаны на одинаковом языке. Если теперь сказать, что Фестский диск он прочел в течение одной ночи, то этому мало кто поверит. Но это действительно так» 1. — Тут мне вообще непонятно все: с какой стати линейное письмо А является праславянским, почему сходная география означает сходство языков (в Москве даже на одной площади могут собраться представители десятка народов и показать печатные издания не только на разных языках, но и в разных системах письма), и что означает прочтение текста Фестского диска в течение одной ночи. Если Гриневич уверенно читает все надписи Крита, включая и эту, то для беглого чтения достаточно 3-4 минут, и незачем тратить на это всю ночь. Если же речь идет о дешифровке, то этого срока слишком мало для выстраивания всей системы доказательств правильности чтения, слишком велик объем работы. Да и что это за, с позволения сказать, пожарный темп исследования? Пожалуй, подобная пикантная подробность наводит на печальные размышления.
Ну, а дальше идет обсуждение результата чтения, якобы скорби писавших диск по поводу оставленной ими Родины — Рысиюнии, которая отождествляется с Рысью и Русью. Из этого делается вывод, что праславяне, а именно русы попали на Крит 4 тысячи лет тому назад. Хотя в принципе такое возможно, но сомнительно.
Так что данное интервью информировало читателя о результатх чтения Гриневичем 4 восточнославянских надписей — НАДОБЕ ЗАКРЫТЬ, В ЧЕЛО ВЪСАДИВЪ; ВЕСЪ 4 ЛОТА; ЛЕКА и КОЧЬ. Эти чтения производили приятное впечатление по сравнению с УМ МАЛУ, ВРЕВОРУСОМ и СВЬЧЖЕНЕМ — по крайней мере они выглядели русскими, более того — правдоподобными. Для газетной публикации и этого много. Озадачивало лишь то, что применялись два весьма сомнительных метода дешифровки, графический и акрофонический, а также то, что результаты дешифровки восточнославянских надписей применимы как к линейному А, так и к надписям Фестского диска. Но, возможно, что в процессе прохождения интервью через газету что-то было невольно искажено, ибо газета все-таки не научное издание, так что при более детальном изложении все могло встать на свои места.
Публикация в «Русской мысли». Следующим изданием оказалась журнальная статья Г.С. Гриневича, изданная в журнале «Русская мысль». Такое название печатного органа мне прежде известно не было; оно навевало представление об эпохальных достижениях в гуманитарной области, возможно, в философии, и предполагало солидную издающую организацию с мировым именем, что-то вроде Института философии РАН. И на второй странице я прочитал подтверждение этой догадки: « Русская мысль — явление мирового порядка, уходящее своими корнями в седую старину дотсторических времен». Каково же было мое удивление, когда я узнал, что данное издание на презентации называлось «Журнал русской физической мысли», и было предназначено для публикации издательством «Общественная польза» материалов семинаров только что организованного в помещении дворца «Мир» подмосковного города Реутов «Русского физического общества». Я подумал, что ошибся, но нашел в первом номере этого журнала статью Е.Г. Опарина «К.Э. Циолковский о втором начале термодинамики с массой формул — нет, действительно передо мной был «Всесоюзный журнал» (к его выходу, правда, СССР уже перстал существовать) одного из клубов не самого крупного подмосковного города физической направленности. И именно первый номер открывала статья Г.С. Гриневича.
Эпиграфический материал в физическом журнале? — Почему бы и нет? Не все ли равно, где?
К сожалению, профиль любого журнала предполагает не только привлечение к нему читателя с определенной областью интересов, но и наличие редакционной коллегии из специалистов, которые принимают или отвергают статьи. По крайней мере, обсуждают их и дают некоторые замечания с целью улучшения. В данном случае не было ни рецензентов, ни редколлегии — все решил один человек, Владимир Геннадиевич Родионов, который организовал и издательство, и журнал, и Русское физическое общество. Статья пошла в том виде, в каком она вышла из-под пера Г.С. Гриневича. И даже не совсем так: в том виде, до какого ее довели сотрудники журнала «Техника молодежи», куда автор представил менее доработанный вариант; эта статья по каким-то соображениям так и не увидела свет. Зато теперь она без дополнительной правки вышла в «Русской мысли».
Статья состоит из 7 разделов без названия и читается с большим интересом. Первый раздел, который можно считать введением, довольно краток. « Возникновение письменности у того или иного народа связано исключительно с внутренним историческим развитием общества. Письменность может возникнуть и, как правило, возникает лишь тогда, когда появляется общественная необходимость в ней. Обычно это случается в период создания тем или иным народом собственной государственности с целью развития различных жизненно важных связей: торговых, культурных, дипломатических, как внутри самого государства, так и за его пределами. Бесписьменный народ практически всегда — автоматически, зачисляется в разряд «неисторических или примитивных» народов.
В этой связи постановка вопроса «Была ли у славян своя оригинальная письменность до Кирилла и Мефодия» и положительный ответ на него представляется крайне актуальным и этически оправданным» 2. — Тут все верно, хотя противоречит замыслу автора, пытающегося дешифровать праславянскую письменность, то есть знаки того периода, когда у предков славян заведомо не было никакого государства. Да и вообще, связь письменности с государственностью, на чем настаивала филология советского периода, далеко не всегда подтверждается фактами.
Во втором разделе приводятся данные разных авторов о наличии у славян письменности до Кирилла и Мефодия. « В современной научной литературе это первоначальной «докирилловское» письмо получило название письма типа «черт и резов» (иногда «славянских рун»)»2. — Конечно, каждый волен называть славянское слоговое письмо как угодно, однако термин черноризца Храбра «черты и резы», как показано выше, относится к разного рода меткам, тамгам, знакам собственности и прочим символам для счета и гадания, но не к развитой системе письма, поэтому он для меня неприемлем. Что же касается термина «славянские руны», то он тоже ведет к путанице, ибо в XIX веке под ним понимали германские руны в славянском употреблении, то есть буквенные, а никак не слоговые знаки. Лично я предпочитаю термин «руница», который тоже иногда встречается.
Третий раздел описывает последовательность этапов дешифровки: формальный анализ (установление строя письменности и направления чтения), эпиграфический анализ; «озвучивание знаков», чтение текста, перевод и толкование надписи. Удивление вызывает лишь фраза « В нашем случае вопрос о языке надписей решался сам собой, поскольку надписи, принятые к дешифровке, нанесены на предметы, изготовленные славянскими мастерами. Найдены эти предметы на территории расселения восточных и западных славян и датируются IV-X веками, а известно, что еще «в IV-X веках славянские языки незначительно отличались друг от друга, не более, чем, скажем, говоры современного русского языка (Хабургаев Г.А. Старославянский язык. Просвещение, М., 1986 г.). Поэтому язык надписей, праславянский язык, на котором говорили славяне, составлявшие в прошлом единую общность. Этот язык очень близок к известному всем старославянскому языку»3. — Хотя на первый взгляд аргументация убедительна, на самом деле всякий, кто имел дело с археологией знает, что на одной и той же территории могли существовать различные народы. Откуда Гриневичу известно, что предметы изготовлены славянскими мастерами? Во всяком случае для археологов это всегда проблема. Иными словами, есть некоторые предметы, славянское происхождение которых несомненно, в других случаях столь же очевидно иностранное происхождение находок; наконец, есть изделия, происхождение которых для археологов неизвестно. Из процитированных слов можно сделать вывод, что Г.С. Гриневич, не обладая эпиграфическим опытом, просто не видит сути проблемы. К сожалению, в этой печальной истине мне пришлось позже неоднократно убеждаться.
Далее следует раздел о слоговом характере письма и о вираме, а также об особености эпиграфического анализа Г.С. Гриневича. Оказалось, что помимо 116 линейных знаков существует и 10 рисунчатых, что для меня было новостью. Ведь одно дело, если пиктографические значки встретились на 1-2 памятниках случайно, и даже если они помогли догадаться об их фонетическом значении, это еще не настолько серьезное основание, чтобы помещать их в общий репертуар знаков.


Группа рисунчатых знаков по Г.С. Гриневичу

На рисунке, однако, представлены 11 знаков, причем знаки 1-5 и 10 мне не кажутся рисунчатыми, а остальные можно принять за узоры или поясняющие текст картинки. Почему Гриневич решил, что это письменные знаки? В тексте статьи на этот вопрос нет ответа.


Первая группа линейных знаков по Г.С. Гриневичу

С другой стороны можно порадоваться, что со времени интервью в «Советской России» число линейных знаков возросло с 87 до 116. Знаки разбиты на две подгруппы. Первая содержит 13 рядов. При первом же взгляде видно, что знаки имеют разный характер и вряд ли по чисто графическим признакам могут относиться к одному ряду. Так, в первом ряду содержатся уголки, что не вызывает возражения, но тут же находятся и круги, в том числе перечеркнутые. А круги к ломаным фигурам графического отношения не имеют. Во втором ряду я вычеркнул бы треугольник, в третьем — знак двойного треугольника, в пятом — знак в виде Ч и дважды перечеркнутую вертикаль, но добавил бы второй знак из шестого ряда, в седьмом лишними оказываются правые знаки, как и в восьмом, в девятом — один правый знак, в одиннадцатом — третий и четвертый, в двенадцатом — третий, в тринадцатом — первые три. Так что поверить в то, что Г.С. Гриневич руководствовался только графическими соображениями, я не могу. Вторая подгруппа на ряды не разбита; эпиграфист включил в нее то, что не подходило ни в один ряд первой группы.


Вторая группа линейных знаков по Г.С. Гриневичу

И опять я вынужден усомниться в истинности слов эпиграфиста: последний знак первой строки вполне уютно чувствовал бы себя в третьем ряду первой группы, а два знака перед ним выглядят очень похоже на первый знак шестого ряда; знак в виде З второй строки можно было бы поместить рядом с М-образным знаком 11-го ряда; эти аналогии можно продолжить. Опять возникает впечатление, что все эти «графические сходства» предложены для отвода глаз, тогда как на деле соображения автора этой журнальной статьи были совершенно иными.
После сказанного закрадывается мысль о том, что графический анализ, названный тут «эпиграфическим» не мог помочь в выявлении значения знаков.
Более подробно поясняется акрофонический метод. Его суть изложена теми же словами, что и в интервью, однако приводится картинка, на которой дано пиктографическое значение знака (1), рисунчатые и линейные слоговые знаки (2 и 3), а также фонетическое значение знака (4). В случае изображения рака дано пояснение: КАРЬКИНЪ — рак, знак зодиака.


Чтение рисунчатых знаков по Г.С. Гриневичу

Теперь бросается в глаза фантастичность чтения рисунчатых знаков Г.С. Гриневичем. Знаки СА, ЗА и РЫ похожи настолько, что небрежное исполнение каждого из них (что характерно для народного письма) тут же меняет чтение; вряд ли письменность могла быть построена таким образом. Равным образом ВЕПРЯ можно принять за КОЗЛА, ЛОШАДЬ за АНТИЛОПУ, КОПЬЕ за СТРЕЛУ, ЧЕЛОВЕКА за ЕЛЬ, РАКА за ТАРАКАНА и т.д. Кроме того, слов ЛОШАДЬ и СОБАКА (у Гриневича даже САБАКА) до татаро-монгольского нашествия на Руси не было, у славян были КОНЬ и ПЁС. Слово ЦЕЛОВЕК произносится только в «цокающих» диалектах (например, новгородском) и в этом виде не принадлежит к общеславянским. Опять возникает впечатление, что Г.С. Гриневич взял соответствующие значения знаков откуда-то еще, а данное им объяснение придумано post factum.
Окончательно убеждает в этом выводе его таблица сравнения знаков слоговой письменности с кириллицей и глаголицей. В ней нет гласных А, О, Ы, Ъ, Ь, ЯТИ, ЮСОВ; зато приводятся формы букв кириллицы (1), болгарской глаголицы (2), хорватской глаголицы (3), знаки слоговой письменности (4), фонетические значения, принятые при сопоставлении (5) и окончательные значения (6). При сопоставлении видно, что в ряде случаев Г.С. Гриневич понимал сходство знаков очень смело, а в случае глаголического Н, , придумал даже свою букву , в точности повторяющую слоговой знак . Естественно, что таким образом сходство будет обеспечено.


Сходство слоговых знаков с буквами по Г.С. Гриневичу

Возникает предположение, что некоторые слоговые знаки действительно были сначала частично дешифрованы по сходству с буквами славянских азбук, затем поставлены в слова изучаемых текстов, дав консонантный костяк слов, а дальше уже было нетрудно догадаться о смысле слова и о значении гласного для входящих в него слоговых знаков. Впрочем, никто не запрещал Г.С. Гриневичу просто угадать смысл знаков — ведь и на таких условиях можно читать надписи. Однако в таком случае не следовало бы говорить о научном подходе, об эпиграфических рядах и акрофонии. И, разумеется, точность прочтения сразу стала бы весьма сомнительной.


Чтение Г.С. Гриневичем надписи на горшке из Алеканово

Но перейдем к самому интересному разделу, к пояснению процедуры чтения. Увы, читателя тут ждет разочарование. Текст этой части статьи оказался столь же скупым, каким он был в интервью, разве что примеров стало побольше. В самом деле, вот как описывает процедуру чтения Г.С. Гриневич: « Слог вставал к слогу, образуя слова; и, слово за словом, прояснилось содержание некогда «загадочных» надписей; и вот уже нет никакой тайны; и мы узнаем, что на горшке из Алеканова надпись содержит практический совет хозяйке горшка: НАДУОБИЕ ЗАКРЫТЬ, ВЪ ЧЕЛО ВЪСАДИВЪ — «надо закрыть, в чело посадив (поставив)», («чело» — наружное отверстие русской печи); что костяной предмет (кистень) из Рославля с княжеским знаком Всеволода Ярославича действительно принадлежал Всеволоду — ВЪСЕВОЛОЖИЕВЬ; что в горшке из поселка Огурцово хранилось лекарство — ЛИЕКА, а в другом, «черняховском» горшке — какое именно лекарство, ЛИЕВИ ЛОИ (львиное сало); что на грузиках Троицкого городища указан их вес, ВИЕСО 4 ЛОТА, ВИЕСО 4 УНИКИ (унции), ВИЕСО КОНПНО 2 УНИКИ («Весит в совокупности 2 унции»), причем действительно вес этих грузиков, по данным археологов, их открывших, равен соответственно 51, 104, 52 грамма» 4. — Когда я прочитал эти строки, у меня аж дух захватило от удовольствия. Как же ладно все получается! Слог встает к слогу, образуя слова, и, слово за словом, проясняется содержание... У меня так никогда не выходило. Слог не соединялся со слогом, получалась какая-то околесица, приходилось перебирать несколько вариантов знаков, ибо, как правило, знаки были начертаны небрежно, напоминая очертания других знаов, и приходилось часами выяснять значение даже простой надписи. И даже когда вроде бы слоги были прочитаны верно, слова часто образовывали странный смысл, так что приходилось опять искать неверно прочитанные слоговые знаки. Словом, никакой тиши и глади...


Чтение Г.С. Гриневичем надписи на кистене из Рославля

Но если неясен процесс чтения, то сомнителен и результат. Правда, на первый взгляд, в дешифровках не к чему придраться. Они действительно правдоподобны и звучат по-русски.


Чтение Г.С. Гриневичем надписей черняховской культуры

Честно признаюсь, что когда я впервые прочитал эту статью и представил себе, что «слог встает за слогом» и вот так просто можно вникнуть в содержание древних надписей, меня охватил энтузиазм. Тогда, в начале 1992 года, мой эпиграфический опыт был еще очень скромным, так что я смотрел на статью Г.С. Гриневича глазами рядового читателя; скучные рассуждения о всякого рода эпиграфических рядах и акрофонии я просто выбрасывал. И вот мне волшебник по фамилии Гриневич передает содержание надписей, и, оказывается, ничего загадочного в них нет, надо просто подставлять уже найденные им значния. Прочитана надпись села Алеканова, так озадачившая Городцова, и вовсе не означавшая наличие погребального сосуда — просто хозяйка напоминала себе, что надо бы закрыть крышку; да и грузики содержат надписи, соответствующие их весу. Всё так просто!
Неужели же можно прочитать и надпись Эль Недима? Оказывается, да! « В отношении «недимовской» надписи историки предполагают, что она, нанесенная на «белую дощечку», представляет собой «охранную грамоту», своего рода посольский документ, и это действительно так, поскольку ее содержание таково: РАВЬИ И ИВИЕ (Съ или РЪ) (два мужских имени? Или русские и грузины?) ПОБРАТАНЕ (т.е. союзники, братья)» 4.


Чтение Г.С. Гриневичем надписи Эль Недима

Поражает, как прелестно разложена лигатура, означающая БРАТАНЕ. Похоже, что эта лигатура действительно прочитана верно, так что хотя бы эта часть надписи, наконец, прочитана. Правда, не совсем ясно, что такое РАВЬИ И ИВИЕСЪ (или ИВИЕРЪ); кажется, в данном случае «слог не встал за слогом», и, кроме того, наличие двух вариантов чтения (ИВЕСЪ и ИВЕРЪ) показывает, что чтение отнюдь не было гладким. Конечно, РАВЬИ — это не СВЬЧЖЕНЬ, но все же это и соседнее с ним словечко явно отдают фантазией эпиграфиста. Но все-таки шаг вперед в понимании смысла надписи Эль Недима сделан.
« Надпись на шахматной фигурке с Темировского поселения в рабочем варианте выглядела следующим образом: КО Н(-) — второй слог без огласовки; но смысл надписи ясен, КОНЬ; следовательно, окончательное фонетическое значение второго знака — НЬ» 4. — Помнится, эта надпись в интервью звучала как КОЧЬ — ладья. Стало быть, эпиграфический ряд помог осмыслить этот слоговой знак как Н(-), а не Ч(-), хотя в дальнейшем действовал именно тот механизм дешифровки, который я предположил, а именно угадывание гласного по общему смыслу слова.


Чтение Г.С. Гриневичем надписи из Тимерево

Можно, конечно, не останавливаться на мелочах, но Гриневич Тимеревское городище упорно называет Темировским, а на рисунке дает свою последовательность графических элементов. Кроме того, приглядевшись, можно заметить иной наклон поперечной черточки. Но если применить правильную последовательность знаков, их тогда следовало бы читать НЬКО или ЧЬКО, что бессмысленно. — Я не думаю, что эпиграфист пошел тут на сознательную подтасовку; я полагаю, что и в данном случае сказался его общий стиль исследования, необычайная легкость в обращении с материалом, полное пренебрежение деталями. Просто он перечерчивал знаки много раз, и в какой-то момент пришел к их зеркальному отражению.


Действительное начертание знаков на шахматной фигурке

Две надписи были скопированы с пряслиц. « Пряли, собравшись в одной избе; и при разборе веретен и пряслиц из большой кучи каждая пряха стремилась найти свое пряслице, с которым она привыкла работать, и потому пряхи старались отличать пряслица, подписывая их. ВЕРЪТАТЕ КАШЕВИ — «возвратите Кашеви», — просит пряха по имени Кашева (от слова «каша»?), жившая когда-то в Старой Рязани. На пряслице из Гродно написано, чье оно: РЕШЕК ДИНОЧИ — «решек (пряслице) Диночи» (женское имя Дина)» 5.


Чтение Г.С. Гриневичем надписей на пряслицах

В данном случае уже приходится говорить о явных ошибках эпиграфиста. Прежде всего — элементарная небрежность при перенесении текста с рисунка в статью: на рисунке начертано ВИЕРТАТИЕ ЙУ КАШИЕВИ, тогда как в статье — ВЕРТАТЕ КАШЕВИ. Иными словами не переданы ЯТИ, стоящие там, где им не положено, пропущено местоимение ЙУ, то есть Ю, ЕЕ. И слово ОНА совсем не подходит к существительному мужского рода ПРЯСЛЕНЬ, а ведь именно его должна вернуть пряха. Слово ВЕРНУТЬ ни в одном диалекте русского языка не звучит в повелительном наклонении как ВЕРТАТЕ, а слова РЕШЕК в русском языке нет, равно ка нет имен ДИНОЧА и КАШЕВА. Словом, уже пошли ВРЕВОРУСЫ и ПЕЛЕГОЛЫ. Более того, пряслице из Старой Рязани содержит, как известно, надпись КНЯЖЕН, так что читать ее, начиная с буквы Ж, разбитой пополам, слоговым способом просто нелепо. Равным образом нелепо переворачивать надпись на пряслице из Гродно кверху ногами и читать ее задом наперед.
Словом, чем дальше разворачивалась статья, тем досаднее становились ошибки. Мой первоначальный энтузиазм сменился на глубокое разочарование.
«Эффект Гриневича». Между тем, рассматриваемую статью прочитала научная общественность (я не имею в виду филологов), и весьма воодушевилась. Из статьи следовало, что у славян как в древности, так и в средние века существовала своя система письма, которая применялась даже в быту, и эти надписи вполне можно было прочитать. А отсутствие ряда подробностей дешифровки даже делало данную публикацию более интересной и понятной, ибо разбираться в научных тонкостях обычному читателю скучно. В 1993 году Родионов выпустил уже монографию Г.С. Гриневичав. При этом волна популярности Г.С. Гриневича все нарастала, его стали приглашать с выступлениями, о нем появились отзывы в печати, да еще какие! Вот что писал, например, профессор Белградского университета, президент Сербского фонда славянской письменности и славянских культур Р.Н. Мароевич: «Речь идет о капитальном труде, составляющем эпоху исследовании, которое отодвигает начало славянской письменности и славянской истории на несколько тысячелетий назад. Это книга, с которой начинается новое направление в славистике – изучение праславянской слоговой письменности, и после которой методологически будем различать, с одной стороны, новую (фонетическую, гласно-согласную), славянскую письменность Кирилла и Мефодия, их учеников и последователей, и, с другой стороны, собственно праславянскую письменность, письменность «праславянских рун», письменность «черт и резов», основанную на слоговом принципе, которая и может укорениться благодаря действию фонетического закона «открытых слогов» в праславянском. На существование праславянской письменности до Кирилла и Мефодия указывали многочисленные факты»6. Запомним это — составляющее эпоху исследование!
Руководитель Центра по исследованию аномальных контактных ситуаций и член-корреспондент ряда международных уфологических организаций А.К. Прийма пропел такие дифирамбы Г.С. Гриневичу: «Я – филолог по образованию, и книгу Г.С. Гриневича читал глазами весьма заинтересованного человека, взявшего ее в руки отнюдь не из праздного любопытства... Насколько мне, скромному филологу-языковеду, дано судить и позволительно оценивать, Г.С. Гриневич умудрился содеять практически невозможное. Он сделал научное открытие принципиального толка в той области гуманитарных знаний, котоая, казалось бы, была уже изучена лингвистами и отчасти историками вдоль и поперек. Г.С. Гриневич окинул, если можно так выразиться, абсолютно свежим взглядом дошедшие до наших дней образчики письменности типа «черт и резов», а также пиктографического типа и... прочитал начертанное на тех образчиках. Выяснилось, что древнейшие памятники письменности на евразийской континентальной плите были составлены – все до одного! – на праславянском языке. Попутно выяснилось также, что у истоков индоевропейской цивилизации лежала праславянская культура »7. — Открытие принципиального толка!
А вот мнение о Г.С. Гриневиче Владимира Геннадиевича Родионова – одного из важнейших действующих лиц в издании трудов Г.С. Гриневича; к сожалению, на страницах печатных изданий он постоянно остается «за кадром». Лишь в полемике со мной он отважился опубликовать одну страничку от своего имени, и там он высказал свое отношение к своему кумиру в виде такого назидания: «Мой убедительный совет всем чтецам древних письмен: если вы беретесь за чтение (озвучивание) докириллического слогового славянского письма (открытого, бесспорно, Гриневичем), но при этом не хотите пользоваться фонетическими значениями знаков слогового письма из ЕГО «Сводной таблицы», – создавайте СВОИ таблицы, но только обязательно указывайте, чем они, ваши, отличаются от ПРОТОТИПА, а что повторяют в нем»8. Из этого высказывания следует две вещи: что Г.С. Гриневич открыл славянское слоговое письмо, и что его сводная таблица является прототипом. Оба утверждения, на наш взгляд, крайне сомнительны. Тем не менее, они отражают взгляды широких кругов общественности, не очень искушенных в истории дешифровок.
Наконец, можно отметить уменьшенное по объему, но подробное издание дешифровок Гриневича как «Пособие по истории России для школьников, студентов, преподавателей» А. И В. Сторожевых, где отмечтается, что « особая роль в создании этой книги принадлежит труду замечательного переводчика древнеславянских текстов Г.С. Гриневича... Фактически Г.С. Гриневич в свое работе предоставил тот уникальный лингвистический материал, который стал опорой материалу историческому и укрепил стремление авторов этого издания к разработке особого направления исторического исследования» 9. — Замечательный переводчик! Родоначальник особого направления исторического исследования!
Я не буду утомлять читателя цитированием всех лестных отзывов о работе Г.С. Гриневича, написанных в превосходной степени и славословящих результаты проделанной им работы. Его откровения заразили многих людей. Достаточно сказать, что в Реутове на базе Русского физического общества сложилась группа его последователей, которая пропагандировала результаты его деятельности. Из чисто научной проблема русской докирилловской письменности перешла в разряд социальной, на Г.С. Гриневича стали ссылаться как на корифея.
Вообще говоря, не так уж плохо, когда узкоспециальные проблемы эпиграфики становятся предметом широкого обсуждения и привлекают к себе взоры многих энтузиастов. Это способствует притоку свежих сил исследователей. Вместе с тем, данный поток энтузиазма вылился вовсе не по нужному адресу; оказались забытыми имена полутора десятка исследователей, работавших до Г.С. Гриневича. Но главное, что осталось непонятым истинное значение вклада этого исследователя, его мнимые успехи вскружили людям голову.
Так что же все-таки сделал Г.С. Гриневич?

Литература
  1. Плахотная О. Праславяне на Крите? (Поиски и гипотезы) // Советская Россия № 100, 29.04.1984, с. 4
  2. Гриневич Г.С. Сколько тысячелетий славянской письменности (О результатах дешифровки праславянских рун // Русская мысль, Реутов, 1991, № 1, с. 3
  3. Там же, с. 5
  4. Там же, с. 10
  5. Там же, с. 13
  6. Мароевич Р.Н. Праславянская письменность в дешифровке Г.С. Гриневича // Русская мысль, 1993, № 3-12, с. 7
  7. Прийма А.К. О книге «Праславянская письменность» Г.С. Гриневича // Русская мысль, 1995, № 1-6
  8. Родионов В.Г. Об отношении В.А. Чудинова к славянской слоговой (докириллической) письменности // Русская мысль, 1995, № 1-6, с. 104
  9. Сторожевы А. И В. Россия во времени. История России с древнейших времен до наших дней. Концепция России. Книга 1. Древняя история сибирских и славянских народов. Сургут-Москва, 1997
(Продолжение следует)

Чудинов В.А. Загадки славянской письменности. Прочитать надпись? — Легче легкого! // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.11661, 23.11.2004

[Обсуждение на форуме «Праславянская Цивилизация»]

В начало документа

© Академия Тринитаризма
info@trinitas.ru

Warning: include(/home/trinita2/public_html/footer.php) [function.include]: failed to open stream: No such file or directory in /home/trinita2/public_html/rus/doc/0211/005a/02110039.htm on line 245

Warning: include() [function.include]: Failed opening '/home/trinita2/public_html/footer.php' for inclusion (include_path='.:/opt/alt/php53/usr/share/pear:/opt/alt/php53/usr/share/php') in /home/trinita2/public_html/rus/doc/0211/005a/02110039.htm on line 245